путешествуем вместе :)
Архивы

санкт петербург и Петр I - часть вторая

ПОЛИНА НАРЫШКИНА О СЕРВИСЕ, МОДЕ, МАНЕРАХ И ВЗЯТКАХ
Меня увезли в Париж совсем маленькой, и вся моя сознательная жизнь прошла там. Но когда я приехала в Петербург в 2003 году, я сразу узнала город своего детства: звуки, запахи, бензиновые разводы в лужах были все те же самые. А сейчас Петербург абсолютно другой, он очень мало похож на себя десятилетней давности.

В 2003 году в Петербурге был сказочный сервис, иностранцы просто терялись. Мы с будущим мужем часто ходили по кафе, ресторанам и поражались местным официантам. Они стояли по углам, как коршуны, и едва ты опускал приборы, подлетали и убирали тарелку. То же самое с пепельницей: стоило затушить окурок, ее уносили. Я все думала, когда же они успокоятся — в Европе такого нет! Прошло три года, и они стали равнодушными, ты сидишь, а они на тебя не смотрят, занимаются своими делами: болтают или чистят ногти — это нормально, так во всем мире. И в этот момент лично для меня Питер стал еще более европейским.

В магазинах похожая история. Сначала все удивлялись, что меня не задевает хамство продавщиц. Муж из себя выходил, когда я со смехом начинала рассказывать, что мне сегодня сказали на кассе. Никто не понимал, что принятая за границей «социальная» улыбка может раздражать еще больше. Теперь она появилась здесь, хамить стали меньше, это ведь тоже признак Европы.

Точно так же за короткий срок изменилась толпа на Невском. Десять лет назад она была абсолютно серой. И байеры, которые наполняли модные магазины — Мехх, Benetton, — прекрасно понимали, что не стоит с этим спорить. И в них все было таким серым, черным и коричневым. А сейчас стало веселее, появились какие-то яркие цвета. Нет, это не значит, что теперь все в Петербурге одеваются по последней моде, но ведь и в Европе этого нет. Глупо думать, что весь Париж одет с иголочки. Если ты выходишь за границы какого-нибудь центра моды, напичканного яркими новинками и бесплатными консультантами, то видишь, что француженки вообще никак не одеваются: джинсы, футболка ну и шарфик, который стиль дает. Иногда мне кажется, что часть петербуржцев нарочно не следует моде, и в этом тоже есть свой шик. Важно, как человек ведет себя при этом. Первое время я не совпадала с городом, и дело было не в платьях или шарфах, а в моем поведении. Люди мне казались зажатыми, а я им, наоборот, слишком раскрепощенной, чрезмерной во всем: в манере двигаться, говорить, руками размахивать. Сейчас город изменился и я тоже, никто уже не говорит: ну, ты из-за границы приехала.

Теперь я иностранка только для гаишников, ведь у меня французские документы — паспорт, права. И когда начинается весь этот чисто русский спектакль «Вы нарушили правила, что будем делать?», тебе же не говорят напрямую — дайте денег, тебе намекают, что проблему можно решить. И когда я как бы «вдруг понимаю» и громко и радостно произношу слово «взятка», они бесятся. Это слово нельзя говорить — оно не по правилам. Но я «иностранка», мне можно. И они берут мои деньги с яростью на лице. Я отдаю, так проще. Во Франции подобный выбор невозможен: полицейский тебя не поймет, если ты предложишь ему деньги.

Но есть одна вещь, которая очень выгодно отличает этот город от других европейских столиц: перед человеком, приезжающим сюда, открываются новые возможности. В первом дипломе у меня значится «менеджмент в культуре», по второму я переводчик. Я никогда прежде не занималась журналистикой, а здесь начала писать. Во Франции такое было бы невозможно, там все строго сегментировано. А здесь, в Петербурге, пожалуйста. Европейцы в восторге, они приезжают сюда и получают второй шанс на профессию.

А еще я люблю этот город за то, что здесь люди все время опаздывают. В Париже я сама опаздывала всю жизнь, меня постоянно за это ругали. А здесь стала приходить вовремя. Наверное, это ритм жизни, все-таки в Петербурге он чуть медленнее, чем в Европе.

АНДЕРС МОРД ОБ ОБРАЗОВАНИИ, ТРАМВАЯХ, ЗООПАРКЕ И СВЕЖЕЙ РЫБЕ
Жизнь в Петербурге напоминает трамвай. Ты стоишь на остановке и не знаешь, когда он приедет. И сначала жутко нервничаешь, а потом вдруг понимаешь: можно расслабиться и никуда не спешить. То же самое с магазинами. Сначала ты думаешь: что за бардак, они работают до поздней ночи и даже круглосуточно, а потом понимаешь — да ведь это здорово!

Здесь у людей больше внутренней свободы, чем в Европе, к примеру в Хельсинки. Люди не настолько устали от всяких рамок и социальных ограничений, когда ты должен соответствовать, должен успевать, должен быть эффективным на работе. В Петербурге тоже много работают, наверное, даже больше, чем в Финляндии, но нет этой хронической усталости, здесь совсем другая энергетика, очень позитивная. В каком-то смысле это удержало меня в Петербурге. Ведь я приехал в 1998 году, мой первый материал был об убийстве Галины Старовойтовой, а тут еще дефолт: я лишился денег, которые лежали в русском банке. Вот такое начало: «Добро пожаловать в реальность», но я остался. Уже десять лет живу в Петербурге постоянно. Первое время, правда, мы с женой пытались жить на два города: полгода здесь, полгода в Хельсинки. Но потом наш старший сын — у меня четверо детей — вырос и должен был пойти в школу. Нам пришлось решать, где он будет учиться: в России или Финляндии, и мы сделали выбор. У меня тут работа, а Наташе, моей жене, проще вести хозяйство. Например, помощницу, которая будет сидеть с детьми, в Петербурге найти куда проще, чем в Хельсинки.

Мы купили квартиру на Петроградской стороне, недалеко от Петропавловской крепости, потому что для меня важно, чтобы рядом была вода. Река, море и крепость — для скандинава идеальное сочетание, и здесь я его нашел. Тем более что архитектура в этой части города очень похожа на финскую. Дом Лидваля на Каменноостровском проспекте, другие памятники — кругом северный модерн, абсолютно как в Хельсинки. Рядом с нашим домом находится Сытный рынок, в городе он очень известен, там есть рыба, но в основном копченая, а хочется свежей. А еще рядом есть зоопарк, даже улица, на которой мы живем, называется Зверинская. Детям такое соседство, конечно же, нравится, хотя сам зоопарк тесноват, да и бываем мы в нем не так уж часто: после уроков дети ходят на плавание, в художественную и музыкальную школы. Я доволен местной системой образования, хотя в самой России ее часто критикуют за излишнюю строгость. По-моему, это миф. В Финляндии в школах не менее строгие порядки, это же не Швеция с ее абсолютным либерализмом. А вот IKEA в Петербурге — это абсолютно шведская тема, никакого отличая от оригинала. Точно так же Stockmann на Невском — наш финский магазин. Правда, я нечасто там бываю. У нас большая семья, продукты удобнее закупать в гипермаркете, там всегда есть свежая рыба, что для меня очень важно.

Вам также могут быть интересны следующие туристические новости:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *