путешествуем вместе :)
Архивы

Об основах русской государственности - часть вторая

Правда, смертная казнь полагалась только за тяжкий проступок, совершенный за взятку, за остальное лихоимец карался в зависимости от тяжести вины отдачей в солдаты, ссылкой на галеры, тюремным заключением, лишением имущества или штрафом. Царь ввел также должности фискалов, в обязанность которым вменил «над всеми делами тайно подсматривать». Но взятки продолжали и продолжали брать. «На протяжении всего XVIII века шла щедрая, широкая раздача несметных богатств всем политическим приживалкам, которые вовремя успели низко поклониться или чем-либо выслужится перед начальством, — писал историк юрист Павел Берлин. — Карая взяточников, правительство в то же время приучало видеть в политической власти рог изобилия всяческих материальных благ. Знать и чиновники систематически приучались рассматривать богатства и достояние частных лиц не как их личную собственность, а как достояние государства, достояние, которое правительство дало, правительство [в лице чиновника] может и взять… Тем самым же правительство приучало видеть источник богатства в прислуживании той или другой власти. Высшая знать прислуживалась к царю и из его рук получала щедрые дары, а чернь старалась прислуживаться к чиновникам, местным царькам, оказывать им услуги, благодарила их, чтобы на свою долю получить крохи от щедрого правительства».

Как-то Петр слушал в Сенате очередное дело о казнокрадстве и пригрозил издать указ, по которому всякий, кто украдет у казны хотя бы столько, чтобы можно было купить веревку, будет повешен. На это генерал-прокурор Павел Ягужинский заметил: «Неужели вы хотите остаться императором без служителей и подданных? Мы все воруем, с тем только различием, что один больше и приметнее, чем другой».
И первым взяточником империи был «сердечный друг» Петра Александр Данилович Меншиков. С кого он только не брал взяток! И с Военной коллегии (10000 рублей), и с Московского казначейства — за покрытие их собственных недостач (53 679 рублей), и с Мазепы — за содействие в избрании гетманом, и со знаменитого казнокрада графа Гагарина — за сокрытие растраты (за это Меншиков получил 5000 рублей). С 1714 года Меншиков постоянно находился под следствием за злоупотребления и хищения и не раз приговаривался к крупным штрафам, от уголовного наказания его спасало только расположение императора Петра I и его супруги, будущей Екатерины I, при которой он стал фактически правителем государства. Но вот когда к власти пришел Петр II, фавору Меншикова пришел конец. В 1727 году его сослали сначала в Раненбург, а потом в сибирский Берёзов, где он жил с семьей на 10 рублей в день. Экономно хозяйничая, он скопил на строительство небольшой деревянной церкви, в которой служил пономарем и по воскресеньям выступал с проповедями, призывая не брать взяток.

После смерти Петра I наступила эпоха «бабьего царства», правления императриц, вокруг которых всегда толпились фавориты, обладавшие огромной властью и наглостью обирать казну и подданных своих любовниц. Одним из самых известных деятелей такого рода был Эрнст Иоганн Бирон — герцог Курляндский, обер-камергер двора императрицы Анны Иоанновны. Двести тысяч талеров Бирон получил от Пруссии за то, что расстроил заключение русско-французского союза. Столько же — за гарантию избрания на курляндский престол сына прусского короля. Бирон разрешил англичанам транзитную беспошлинную торговлю с Востоком через русские земли. Этим он принес колоссальные убытки казне, зато сам положил в карман круглую сумму.

Тяжелые времена настали для Бирона после смерти Анны Иоанновны. Недовольная «немецким влиянием» при дворе русская аристократия устроила переворот, и 9 ноября 1740 года Бирон был арестован. Его обвинили в желании захватить власть и приговорили к смерти, которую позже заменили ссылкой в Полым, а затем в Ярославль. Петр III, известный своими симпатиями к немцам, вернул Бирона в столицу и возвратил ему часть потерянного имущества, а Екатерина II, немка по происхождению, «по истинному праводушию и по особливой к его светлости герцогу Эрнсту Иоганну императорской милости» вознамерилась «способствовать восстановлению его во владении взятых у него герцогств курляндского и семигальского». Би­рон получил назад свои владения и спокойно умер в Митаве в 1772 году. Повезло лихоимцу с немцами на троне.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *